Фотограф линдберг: Питер Линдберг: как немецкий фотограф создал феномен супермоделей
Питер Линдберг: как немецкий фотограф создал феномен супермоделей
При упоминании супермоделей 1990-х на ум первым делом приходят фотографии Питера Линдберга. Во многом этот феномен обязан своим появлением именно немецкому фотографу. А точнее знаменитой съемке для августовского номера американского Vogue 1988 года с восходящими на тот момент моделями в белых рубашках на пустынном пляже. Эффект закрепила обложка британского Vogue за январь 1990 года — портрет девушек, которых затем окрестят первыми супермоделями: Линды, Наоми, Синди, Татьяны и Кристи. Увидев этот ставший культовым кадр, Джордж Майкл пригласил всех пятерых для съемок в своем клипе Freedom! ‘90. А после видео Джанни Версаче позвал их участвовать в своем показе — том самом, во время которого они подпевали песне прямо на подиуме.
Эстель Лефебюр, Карен Александер, Рейчел Уильямс, Линда Евангелиста, Татьяна Патиц и Кристи Тарлингтон в Санта-Монике, 1988
История первых супермоделей неразрывно связана с творчеством Питера Линдберга. Он помог им построить карьеру, но, что важнее, в его работах всегда было ощущение некой близости. Линдберг предпочитал естественный свет и обходился практически без ретуши, стремясь показать природную красоту своих моделей — даже если ими были топовые селебрити первого эшелона. Джон Гальяно как-то сказал, что герои снимков Линдберга похожи на звезд немого кино, одежда — это сценарий, а сам фотограф всегда выступал в роли режиссера. Уникальность его работ в том, что они удивительно точно улавливают текущий момент и при этом остаются как бы вне времени. В них есть душа и нет нарочитой искусственности — вспомните гениальную съемку для сентябрьского номера американского Vogue 1991 года, где супермодели позируют в кожаных куртках Chanel на фоне мотобайков в нью-йоркском Бруклине.
Vogue US, сентябрь 1991
От Линдберга всегда исходило внутреннее тепло. Он был настоящим красавчиком, а его рабочая униформа оставалась неизменной на протяжении многих лет: очки, потертые джинсы и кепка с надписью Peter. Тот же расслабленный вайб чувствовался и в его фотографиях. «Когда мне впервые довелось работать с Питером, я подумала: «Боже, он действительно хочет видеть меня, а не кого-то другого», — вспоминает немецкая модель Надя Ауэрманн. — Мне приходилось учиться этому. Здорово осознавать, что кто-то работает именно так. Ему нравилась моя естественность, и он хотел, чтобы я выглядела как живой человек. Другие фотографы обычно говорили: «Нужно, чтобы ты смеялась, но не по-настоящему». Но Питер всегда мог заставить тебя улыбнуться и не беспокоиться о том, что ты будешь странно выглядеть на фото».
В середине 1980-х Линдберг признался Александру Либерману, легендарному редакционному директору Condé Nast, что ему не близки образы разодетых в пух и перья женщин, которые в то время публиковал Vogue. «Я не мог выносить всех этих дамочек, появлявшихся на страницах журнала, которые жили за счет своих богатых мужей», — рассказывал он в интервью несколько лет назад. Тогда Либерман предложил ему самостоятельно сделать съемку и показать ту женщину, которую он хотел бы видеть. Вместе с Линдой Евангелистой, Карен Александр, Кристи Тарлингтон, Эстель Лефебюр, Татьяной Патиц и Рейчел Уильямс Линдберг отправился на пляж Санта-Моники. Девушки были одеты в белые оверсайз-рубашки, и в конечном итоге съемка стала абсолютным антиподом традиционной постановочной фотографии, которая в то время представляла собой «жирные» кадры одетых в люкс моделей. Вместо этого Линдберг показал малоизвестных на тот момент девушек, которые не выглядели претенциозно, смеялись и просто были счастливы, не обремененные тонной макияжа, ретушью и тяжеловесными нарядами.
Питер Линдберг с Кристи Тарлингтон, Татьяной Патиц, Наоми Кэмпбелл, Синди Кроуфорд и Линдой Евангелистой
Фотографии не понравились ни Либерману, ни тогдашнему главному редактору американского Vogue Грейс Мирабелле. Однако вскоре место последней заняла Анна Винтур. Как-то раз она нашла забытые в одном из ящиков арт-отдела снимки Линдберга и пригласила его на встречу. Винтур предложила ему снять обложку своего первого номера в должности главреда — ноябрьскую 1988 года. Кадр, на котором израильская модель Микаэла Берку, одетая в расшитый камнями топ Christian Lacroix и джинсы-варенки, улыбается с полузакрытыми глазами и даже не смотрит в камеру, стал культовым. Это был настоящий прорыв, означавший отказ от общепринятых в индустрии моды стандартов красоты.
Vogue US, ноябрь 1988
Линдберг списывал успех своих работ на тот факт, что он снимал преимущественно на пленку. Благодаря этому у него было больше времени на то, чтобы выстроить тесные, доверительные отношения с моделью, без давления социальных сетей и диджитал-экранов. «Используя классическую камеру, ты остаешься с объектом съемки один на один, и это создает определенный интимный момент, — говорил он. — Невозможно снять все за две минуты, потому что ты не видишь результат в процессе, и тебе приходится делать больше кадров. В итоге картинок получается много». И добавлял: «Когда модель не в фокусе, выходит даже красивее».
«Это преступление, когда фотограф обременен проводом от камеры и стоящим в центре студии монитором, в который пялятся все присутствующие, — продолжал Линдберг. — Такой формат работы убивает все взаимодействие с моделью. Редакторы говорят: «Питер, у нас есть кадр, он отличный!» или «Сдвинь руку влево немного». Это не имеет ничего общего с фотографией. Сегодня стало нормой, что фотографы — люди, которые просто нажимают на кнопку. Это начало конца, и вскоре все фотографы рискуют кануть в небытие. Через десять лет в индустрии вообще не останется фотографов».
Питер Линдберг. Vogue Германия
Тем не менее Линдберг не был ярым противником современных технологий. В этом году ему предложили снять на обложку сентябрьского номера британского Vogue, приглашенным редактором которого стала герцогиня Сассекская, 15 женщин, меняющих наш мир. Одну из них — новозеландского премьер-министра Джасинду Ардерн — он фотографировал по видеосвязи. Это был первый подобный опыт не только для Линдберга, но и для журнала.
За четыре десятка лет плодотворного труда он создал снимки, ставшие определяющими для нескольких эпох. И никогда не забывал своих любимых супермоделей, которые когда-то превратились в мировых звезд именно благодаря ему. «На протяжении 10–12 лет я работал преимущественно с десятью моделями, — признался Линдберг в разговоре с Джоном Гальяно для журнала Interview в 2013 году. — В индустрии регулярно появлялись новые лица, но эти десять девушек затмевали всех. Поэтому я продолжал снимать одних и тех же». Но это уже совсем другая история.
Vogue UK, сентябрь 2019
Последний проект
В начале 2020-го в Дюссельдорфе открылась выставка Peter Lindbergh: Untold Stories, для которой Линдберг отобрал более 140 фотографий из собственного обширного архива с начала 1980-х и до конца 2010-х годов. Экспозицию в связи с пандемией довелось осмотреть не всем — но в одноименной книге Taschen можно увидеть, как Питер готовил этот проект.
Первая съемка для русского Vogue
Прошлой осенью в связи со смертью легенды мы вспоминали его первую съемку для русского Vogue, опубликованную в ноябрьском выпуске 1998 года. На фотографиях Линдберга Наталья Семанова и Кармен Касс выглядят модно даже два десятилетия спустя.
Синди Кроуфорд о Питере Линдберге:
«Думаю, вряд ли можно говорить о Питере, не упоминая его личные качества. Он был как большой плюшевый медведь. Ты чувствовал себя в безопасности, словно находился в надежных руках, и мне всегда было с ним очень комфортно. Ему не был интересен лишь внешний фасад. Он не только видел внутреннюю красоту человека, но и умел показать ее на фотографии. Если бы я знала, как он это делал, непременно попыталась бы повторить нечто подобное! В этом была его волшебная сила».
Подпишитесь и станьте на шаг ближе к профессионалам мира моды.
Питер ЛиндбергЛинда ЕвангелистаНаоми КэмпбеллСинди Кроуфорд
Читайте такжеАфиша
Главное о выставке Питера Линдберга, которую курирует Джорджо Армани
Книги
Книги о моде, которым стоит посвятить вечер
Emily Chan
Воссоединение: супермодели девяностых в короткометражке Питера Линдберга
биография, лучшие фотографии и съемки супермоделей
Чем обогатил мир моды человек, снимавший на пленку? Рассказываем историю успеха Питера Линдберга.
Теги:
Истории из прошлого
истории звезд
Истории из жизни
Интересные истории
фотография
Соцсети
Даже те, кто никогда в жизни не слышали о Питере Линдберге, хотя бы раз видели его снимки. Стиль знаменитого фэшн-фотографа весьма узнаваем: любовь к монохромным изображениям, естественному свету и эмоциям. Эти три кита и составляют основу его творчества. К тому же именно он превратил неизвестных манекенщиц в топ-моделей.
Содержание статьи
Питер Линдберг: от художника к фэшн-фотографуНа самом деле настоящая фамилия фотохудожника Бродбек, родился он 23 ноября 1944 года в польском городке Лешно, который на тот момент входил в состав Германии. Когда малышу было всего два месяца, семья переехала в промышленный Дуйсбург.
Его родственники были весьма далеки от искусства: отец продавал сладости, мать занималась исключительно домашними делами, хотя всегда мечтала стать оперной певицей. Книги в доме считались не очень важной и ценной вещью, потому обычным развлечением было листание старых семейных фотоальбомов. Юный Бродбек, помимо снимков, также любил штудировать старенькую энциклопедию, рассматривая картинки.
Будучи подростком, он решил, что его призвание — искусство, поэтому бросил школу и посвятил себя работе оформителя витрин. Спустя время он уехал в Швейцарию и пробыл там девять месяцев, а после скоропалительно поступил в академию изящных искусств, чтобы изучать живопись, к которой всегда тянуло. Но именно в этот период Бродбек и разочаровался в профессии художника. Он ненавидел классические приемы пейзажной живописи и желал писать авангардные картины. Особенно юношу увлекало творчество Винсента Ван Гога.
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
В итоге Бродбек бросил и учебу в академии, отправившись во Францию, в городок Арль, где когда-то жил его кумир. Днем парень работал, а вечерами писал картины и пытался их продать. Такой режим Питер выдержал 8 месяцев, после чего добрался автостопом до Испании, а позже, после двух лет путешествий и поиска себя, вернулся в Германию и снова поступил в школу искусств. На этот раз в Крефельде, где изучал любимую концептуальную живопись.
Однако после первой дебютной выставки в Париже, которая провалилась, Бродбек понял, что художником ему не стать и некоторое время искал, чем же заняться. Помог случай и его семья. Родной брат обзавелся детьми и попросил Питера поснимать их на память. Молодой человек пришел в восторг от непосредственности и искренности малышей, позже стараясь добиваться того же и от моделей.
Фотография привела Питера в мастерскую Ганса Люкса в Дюссельдорфе, где он в качестве помощника изучал основы этого вида искусства. Через полтора года молодой человек открыл собственную рекламную фотостудию, взяв псевдоним Линдберг. Просто оказалось, что в одном городе проживают два Бродбека, и оба — фотографы.
В 80-х Линдберг работал с немецкими глянцевыми журналами, а позже его талант заметили редакторы из Marie Clare и американского Vogue. До создания супермоделей осталось всего какое-то десятилетие.
Стиль Питера ЛиндбергаСтиль фэшн-фотографа ковался еще в 80-е, но его черты стали узнаваемы как раз в начале 90-х. Линдберг с самого начала работы возненавидел глянец, в котором женщина представала слишком идеальной. «Это не жизненно! В реальности так не бывает!» — всегда заявлял Питер. Именно потому он старался располагать к себе моделей так, чтобы в кадре они казались естественными. Да, несколько небрежными, слегка растрепанными, но отличающимися от красивых и неживых мраморных статуй. Фотограф всегда помнил о детской непосредственности, пытаясь найти ее и во взрослых людях.
Питер по большей части любил делать монохромные снимки, считая их наиболее выразительными. Действительно, цвет не отвлекает от созерцания красоты и эмоций. Однако, если было необходимо, то на фотографиях Линдберга появлялись все оттенки радуги. Всему свое время и место, полагал он, предпочитая все же стилистику черно-белого кино и свой любимый Nikon.
Несмотря на развитие сферы фототехники, Питер предпочитал работать по старинке, снимая на пленку. Он вообще старался избегать современных фоторедакторов, говоря, что они создают мир нереальной, недостижимой красоты. А что в таком случае остается от работы фотографа? Ничего, только умение в нужный момент «нажимать на кнопочку». Потому чуть позже в договоре с Линдбергом появился пункт об отсутствии ретуши.
Особенно неодобрительно фэшн-фотограф отзывался о селфи, которые рушат не только пропорции лица и тела, но еще и фильтрами убивают естественность внешности, создавая одинаковые для всех образы. Впрочем, он никогда не был и противником прогресса. Именно Питер снимал премьер-министра Новой Зеландии для британского Vogue по видеосвязи.
Чаще всего он предпочитал снимать моделей и знаменитостей на натуре или в городском пейзаже, где главенствовал природный свет, дающий мягкие тени. В студии же Линдберг любил темный минималистичный фон, чтобы ничего не отвлекало от лица и позы.
Он всегда старался разнообразить кадры эмоциями, любыми — от гнева, страха, высокомерия и напускного безразличия до удивления, презрения и радости. Именно это и стало коронной «фишкой» работ фотографа, по которой их можно было отличить от прочих глянцевых снимков.
Питер Линдберг и 10 топ-моделейФирменный стиль Линдберга выражался также в сотрудничестве с ограниченным числом моделей. Разумеется, определенные заказы на съемку новых лиц ему поступали. Но чаще всего он работал с десяткой топ-моделей: Наоми Кэмпбелл, Хеленой Кристенсен, Синди Кроуфорд, Линдой Евангелистой, Кристен МакМенами, Кейт Мосс, Татьяной Патиц, Клаудией Шиффер, Кристи Тарлингтон и Амбер Валеттой.
С ними началось восхождение Питера на Олимп моды, потому он всегда был предан этим девушкам. Фактически именно он и сделал их супермоделями 90-х, чью популярность до сих пор сложно превзойти свежим и ярким звездам фэшн-индустрии. Вместе с Линдбергом модели росли, приобретали женственные формы и обзаводились первыми морщинами. Но изменения во внешности никогда не беспокоили фотографа. Напротив, он всегда старался показать, что молодость не вечна, а душа и чувства — важнее имиджа.
Кстати, именно своим любимым моделям Линдберг и посвятил первую книгу «Десять женщин». В ней только черно-белые снимки тех, чьи имена до сих пор на устах. Правда, долго со своим топ-10 фотограф не продержался, этот период растянулся на почти 12 лет. Бьюти-индустрия диктовала свои правила, и им пришлось подчиниться. Так в архиве Питера появились фотографии новых моделей, актеров и актрис, политиков и спортсменов. Но фэшн-фотограф часто с теплом вспоминал времена своих десяти женщин.
Питер Линдберг и Анна Винтур«Девушка Питера Линдберга» — это не фантазия. Именно он создал образ женщины 90-х, спортивной, свободной, уверенной в себе. Но это было бы невозможно без участия Анны Винтур, знаменитого редактора американского Vogue.
Все началось с приглашения фотографа поработать с изданием Соединенных Штатов. Креативный директор Александр Либерман долго зазывал Питера, но тот постоянно отказывался. Аргумент Линдберг предъявлял железный: «Не хочу снимать шикарных, богатых дам с сумочкой из крокодиловой кожи». Эти образы казались ему надуманными, искусственными и далекими от реальности. И тогда Либерман сдался, предложив фотографу полную свободу действий.
В январе 1988 года Линдберг выбрал малоизвестных тогда моделей и снял их в белых рубашках на пляже. Правда, в редакции американского Vogue эту работу не оценили, уж слишком естественными были девушки, эмоционально раскованными. И практически без макияжа! Снимки положили в стол, а Питера больше не приглашали.
Но буквально через полгода после этого случая в издании грянули перемены, и на пост редактора пришла Анна Винтур. Именно она достала из архива снимки Линдберга и сказала: «Это то, что надо!». Так на свет появилась девушка 90-х, знающая себе цену в любой ситуации и в любом образе. Можно сказать, что именно Винтур продвинула стиль Линдберга, открыв его всему миру.
А в ноябре 1988 года в шоке от новой обложки журнала была вся редакция. Раньше подобные кадры, на которых модель не смотрит прямо в камеру, да еще и щурит глаза, считались браком. Плюс — простые голубые джинсы и полное отсутствие прически! Это была неслыханная дерзость и вызов общественному вкусу. И Линдберг вместе с моделью Микаэлой Берку совершил прорыв, придав человечности бессердечному глянцу.
Питер Линдберг для календаря PirelliФотограф оказал немалое влияние на знаменитый календарь Pirelli, компании, которая производит автошины. Именно Линдберга четырежды приглашали, чтобы внести кое-какие новшества — в 1996, 2002, 2014 и 2017 годах. Такого доверия из знаменитых фотографов редко кто удостаивается.
Первую работу для Pirelli Линдберг сделал черно-белой, пригласив сниматься в пересохшем калифорнийском озере супермоделей. Во второй раз (в начале нулевых) он снял молодых, но перспективных голливудских актрис, добавив календарю цвета и одежды.
А в 2014 году Питер работал уже в паре с другим известным фэшн-фотографом — с Патриком Демаршелье. Они создали групповые снимки, что также стало одним из новшеств. Все-таки чаще всего в календаре Pirelli ставку делали на одиночные снимки.
Через три года Линдберг уже снимал знаменитых актрис, спортсменок, представительниц стендап-комедии, которые были старше 30 лет. Вокруг снимков 2017 года поднялась знатная шумиха. Все задавались вопросом, как мог фотограф выставить этих дам в таком свете — с морщинами, пигментными пятнами, венами на руках, складками на животе. Но Питер оказался верен своему стилю и убеждению: естественную красоту не убивают даже годы.
Знаменитые фотографии Питера ЛиндбергаМодели в белых рубашкахТот самый снимок, который сначала раскритиковали редакторы американского Vogue. Девушки в белых рубашках, резвящиеся на пляже. Именно с него началась эра супермоделей и новой женственности.
На эту обложку попали Линда Евангелиста, Наоми Кемпбелл, Кристи Терлингтон, Синди Кроуфорд и Татьяна Патиц. Именно они и начали победное шествие супермоделей.
Ангел по имени ЭмберМодель Эмбер Валетта стала воплощением городского ангела Большого Яблока — Нью-Йорка. Белый костюм и Таймс-сквер стали исключительным модным сочетанием 1993 года.
Не только женщиныПитер Линдберг, высоко ценивший женскую красоту, умел снимать и мужчин. В 2002 году он сделал серию фотографий Эдриана Броуди (вместе с Азией Ардженто). Снимок задумчивого актера за стеклом стал, пожалуй, самым тиражируемым и узнаваемым в СМИ и соцсетях.
Неизвестное лицо Николь КидманАктриса снялась для календаря Pirelli-2017 в амплуа не идеальной леди, а обычной женщины. Питер Линдберг увидел ее естественной, чувственной и чуточку закрытой. Но тем не менее глаза Николь смотрят в душу каждому зрителю. Сама актриса на съемке много раз удивлялась, что позволила мастеру представить себя в таком простом виде. На это фотограф неизменно отвечал: «Ты еще никогда не выглядела такой красивой».
«Я брал уроки рисования, но то, что мы изучали, подходило скорее под определение «концептуального искусства» и казалось мне слишком заумным. Мне хотелось творить и встречаться с новыми людьми — здесь же я чувствовал себя не у дел. Зачем становиться художником, если то, чем ты занимаешься, кажется бессмысленным?».
(о своем обучении живописи)
«Используя классическую камеру, ты остаешься с объектом съемки один на один, и это создает определенный интимный момент. Невозможно снять все за две минуты, потому что ты не видишь результата в процессе, и тебе приходится делать больше кадров».
(о съемке на пленку)
«Женская красота, как ее сегодня изображают в глянцевых журналах, — это ужасно. Я журналы даже не смотрю больше из-за этого, настолько все плохо. Все эти отретушированные идеальные монстры с ногами, вытянутыми в фотошопе — кошмар».
(о журнальной ретуши)
«Когда я сделал съемку для последнего календаря Pirelli, мне сказали: «О, как это смело — снять актрис в возрасте без ретуши». Да вы что? Мне просто нравятся все эти женщины, мне все равно на их возраст».
(о съемке календаря Pirelli на 2017 год)
«Фотография — это не один человек, документирующий другого человека. Это фотография тех отношений, которые у вас были в момент съемки».
(о творческом процессе)
«Я часто говорю, что мода — это моя страсть. Мода — это единственный вид коммерческой фотографии, который иногда дает вам полную свободу действий, чтобы делать то, что вы хотите, чтобы экспериментировать. Я стараюсь, чтобы каждая фотография выглядела так, будто она является частью большой истории».
(о коммерческой фотографии)
«Портреты могут быть сделаны самыми разными способами. Мой подход заключается в том, чтобы спросить клиента, какова цель, чего он хочет достичь с помощью изображений, и попытаться выработать стиль, который послужит этой цели. Иногда вы можете пойти еще дальше и работать нестандартно, такие изображения делать, кстати, веселее всего. В то же время и традиционный портрет с традиционным освещением может оказаться таким же сложным и интересным, как только вы достаточно близко познакомитесь с его объектом на ментальном уровне».
(об искусстве создавать портреты)
Последний проект Питера ЛиндбергаПитер долго и тщательно отбирал свои работы для выставки в Дюссельдорфе, где он начинал свою карьеру коммерческого фотографа. Снимки охватывали период с 80-х прошлого столетия по 2010 год. Однако сам провести экскурс для первых зрителей и раздать автографы Линдберг не смог. Не успел. Он умер 3 сентября 2019 года. А уже в начале 2020 года открылась экспозиция «Питер Линдберг: нерасказанные истории». Правда, из-за пандемии посетить ее успели не все желающие.
Студия Дженнифер Линдберг
Студия Дженнифер ЛиндбергРАЗЫСКИВАЮТСЯ: женщины с серебристыми волосами или женщины, переходящие в серые! Подать заявку, нажав здесь
Студия Дженнифер Линдберг
Создание оригинального фотоискусства
для дома
Заказать звонок
следующий портрет
Когда «Джиджи» родилась, она весила всего 1 фунт 14 унций. Опустошение ее мамы и папы вскоре превратилось в удивление, поскольку Джиджи неуклонно росла, став самым большим ребенком в отделении интенсивной терапии. После того, как она провела там первые 5 месяцев, медсестры назвали ее пожилой женщиной! Сегодня Джиджи — здоровая хихикающая девочка. Нам с Джимом нравилось делать ее «новорожденные» портреты, когда она выходила из отделения интенсивной терапии, а затем еще раз ее двухлетние портреты в студии.
Будь то «Портрет мастера» Серхио Гарсии для Августы или документирование чудесной выписки недоношенного ребенка из отделения интенсивной терапии новорожденных, работа по заказу семьи имеет для нас большое значение. Как приемные родители, мы не имеем доступа к истории самых ранних лет наших детей — ни фотографий новорожденных, ни детских книжек, на которые можно было бы оглянуться. Нас вдохновляет дарить эти драгоценные воспоминания другим семьям.
Подробнее о Дженнифер и команде
связаться со студией
Дженн бросила учебу в Кембриджском университете, чтобы посвятить себя фотожурналистике. Ее работы публиковались в New York Times, US News & World Report, Marie Claire и многих других. Она получила награду «Фото года» от Национальной ассоциации фотожурналистов за свой портрет сироты из Мозамбика, потерявшего родителей из-за СПИДа. Дженн начала фотографировать свадьбы и портреты в качестве противоядия от ежедневных страданий, свидетелем которых она была в качестве фотожурналиста. Окружение красотой и взаимопониманием сделало долгожданную замену жесткому реализму ее работы, и в 2001 году она сделала свадьбы своей карьерой. В 2012 году Дженн стала мамой в результате усыновления, пополнив свою семью красивыми сыном и дочерью из Китая. Став матерью, она изменила ее, сместив творческий фокус на семью. Сегодня Дженн страстно документирует отношения и записывает семейные истории. Ее семейные портреты, в том числе постановочные, отличаются непринужденной достоверностью. Она живет со своим мужем и партнером Джимом в их викторианском доме в Локхарте, штат Техас, с двумя детьми. Они любят навещать замечательную падчерицу Дженн, которая проходит медицинскую ординатуру в Сан-Антонио. Дженн и Джим недавно приобрели и отреставрировали историческое здание на городской площади, в котором теперь располагается студия и галерея Premier Destination Studio & Gallery. Медленно, но верно их жизнь все меньше и меньше похожа на шоу HGTV!
Следующий член команды: Джим
Имея опыт инженерного и управленческого консультирования, Джим, возможно, маловероятный фотограф. Но правда, как говорится, страннее вымысла. Джим изучал фотографию в колледже, и когда он встретил Дженн в 2006 году, он начал помогать ей по выходным, чтобы проводить больше времени вместе. Когда они поженились в 2008 году, Джим отказался от корпоративной жизни и полностью посвятил себя фотографии. Он любит запечатлевать те маленькие моменты, которые разворачиваются быстро, и он стал экспертом по освещению как для уличных, так и для студийных портретов. Джим вырос на семейной ферме в Айове, а также провел пару лет в Японии, так что он милый дзен-парень, сдержанный и терпеливый. Когда он не фотографирует, он направляет свое творчество на работу по дереву и тщательно восстанавливает викторианский дом, который он делит с Дженн. Он также участвовал в реконструкции их исторической студии на главной площади Локхарта, вручную очищая полы из длиннолистной сосны, которые были обнаружены наверху. Джим гордится тем, что у него есть дочь, которая заканчивает медицинскую ординатуру, одновременно служа в вооруженных силах США, и обожает пару очаровательных детей, которых он усыновил вместе с Дженн.
Следующий член команды: Юлия
Юлия обладает европейским талантом к естественно красивой ретуши, что неудивительно, поскольку она живет в Европе. Она немного фотошоп-ботаник с кучей навыков и дотошным контролем, который постоянно проходит курсы, чтобы стать еще лучше. Джулия также является талантливым художником, который начал свой путь как художник в гимназии. Она тесно сотрудничает с Дженн и Джимом с 2012 года. Вместе они создали эстетику вневременной элегантности, которая прекрасно выглядит сегодня и будет выглядеть великолепно спустя годы. Джулия с удовольствием следит за тем, чтобы вся ваша семья выглядела великолепно. Как мать двоих мальчиков, она наслаждается возможностью проявить свою женственность и сделать так, чтобы люди выглядели потрясающе. В свободное время Юлия изучает японский, русский и польский языки и гуляет с сенбернаром своей семьи.
Мы любим то, что делаем
Нью-Йорк Таймс
Новости США и мировой отчет
Музей искусств Данфорта
900 04человек
город и деревня
общество дневники
газетный город
columbia Journalism Review
AARP
южная жизнь
9000 7ПРИВЕТ!
серый любит ребенка
Созданные по заказу взыскательных клиентов для создания оригинальных произведений искусства тех, кого они любят больше всего, этим семейным портретам суждено стать ценными реликвиями. Когда дети видят себя на стене или на настольном портретном дисплее, их волнение, гордость и восторг становятся ощутимыми. Индивидуальная семейная портретная съемка подходит не всем, но мы снова и снова слышим, что опыт не имеет себе равных.
чем это отличается
подробнее о Artwork
Основываясь на многолетнем опыте, мы предлагаем четырехэтапный процесс, чтобы гарантировать, что каждая семья и человек, которых мы фотографируем в нашей студии, получат исключительные портреты и услуги. Ниже вы найдете краткое описание каждого шага. Наши студийные портреты — это сочетание вечных классических поз и естественных моментов. Мы считаем, что оба являются важной частью записанной истории семьи.
Запланируйте звонок Позвоните по телефону
Планирование — важный шаг в создании неординарных и выразительных портретов. Мы разговариваем по телефону, чтобы разработать идеальную фотосессию для вас и вашей семьи.
Все детали учтены, и теперь вы можете прийти в студию, просто расслабиться и доверить нам создание ваших портретов.
Не позднее, чем через 2 недели после сеанса, вы пройдете специальную проверку ваших оттисков через Zoom. Мы поможем вам с выбором и заказом портрета.
Ваше произведение искусства прибыло! Возможно, вы заказали шикарную картину на стену или итальянскую коробку с цифровыми изображениями. Ваша работа прибывает, и вы наслаждаетесь.
Я работал с Дженн и ее мужем Джимом дважды — последний раз в их студии. Обе съемки произвели самые потрясающие произведения искусства. В них я чувствовала себя так комфортно и расслабленно, что очень сложно сделать, если ты не модель. Они делают все возможное для своих клиентов и являются единственными фотографами, которым я доверяю, чтобы запечатлеть меня искренне и красиво!
Brooke Pappas
Портрет сочетает в себе реализм высококачественной фотографии с глубиной и физическим объемом картины маслом в духе Караваджо или Рембрандта. Как объект, это сюрреалистический опыт, чтобы изучить его мелкие детали, запечатленные так точно, что вы почти сразу же переноситесь в волнение того дня, но затем сделать шаг назад, взглянуть на работу в целом и понять, что ее тонкие контрасты в освещении, разнообразные текстуры мазка и невероятно насыщенные цвета делают его действительно напоминающим портрет «Старых мастеров» давным-давно.
Доктор Робин Хан
Спасибо, Дженн Линдберг, за такой душевный портрет Остина и Оуэна. Мое сердце разрывается.
Робин Эккерманн
Лучший; встречи, семейные портреты, свадьбы — все сделано изысканно.
Дэвид Культген
Эти портреты у меня уже неделю, и я плачу каждый раз, когда смотрю на них. Из-за того, что они люди. Но также и то, как быстро это происходит.
Мне нравится, что Дженн впервые сфотографировала Си, когда ей было 5 месяцев. Джи было всего несколько минут, когда она встретила нас в больнице в 4 часа утра. Они сами с ней. Люби это.
Энн Паттон
Нам не терпится выставить их в рамочках по всему дому. ДЖЕН!!! КАК ТЫ ЭТО ДЕЛАЕШЬ?? Вы все такие удивительно одаренные!! Люблю люблю люблю. Разрывая…
Трина Бентли
@jenniferlindbergPhotography
Важность быть больше, чем модным фотографом — фотографии Питера Линдберга | Интервью Марии Виттории Баравелли
Легендарному фотографу Питеру Линдбергу, которому приписывают обновление стандартов фэшн-фотографии в 1990-е — предлагает свою опытную точку зрения в этой эксклюзивной беседе, описывающей его ранние годы, подлинность как художника и многое другое.
Питер Линдберг известен во всем мире благодаря развитию жанра фэшн-фотографии. Например, он является одним из фотографов, которым приписывают начало эры «топ-моделей», поскольку он снял первые обложки журнала American Vogue под редакцией известной Анны Винтур.
Выставка «Другое видение фэшн-фотографии», созданная Музеем искусств в Роттердаме, позже была показана в Reggia di Venaria в Италии после поездки в Мюнхен. Выставка, курируемая Тьерри-Максимом Лорио, представляет эксклюзивные материалы из карьеры Линдберга как фотографа: 220 знаковых фотографий, личные заметки, раскадровки, элементы сценографии, полароидные снимки и короткометражные фильмы.
Куратор и писатель Мария Виттория Баравелли встретилась с Линдбергом в Италии, чтобы поговорить о его ранних годах в качестве фотографа, Меняющийся ландшафт фэшн-фотографии и почему он не скучает по фотолаборатории —
Мария Виттория Баравелли: Как вы попали в мир моды?
Питер Линдберг: Американец Vogue продолжали звонить и просить меня поработать с ними, но я всегда отказывался. Оглядываясь назад, сказать «нет» Александру Либерману было несколько смелым выбором, но меня это не волновало, потому что стереотип женщины, увековеченный модой, был мне не интересен.
МВБ: Как выглядел этот стереотип и что изменилось?
PL: Это был Олимп, усеянный лимузинами и идеальными, красивыми женщинами, прогуливающимися по 5-й авеню со своими собаками. Вот оно. Затем, когда Анна Винтур стала новым главным редактором Vogue и попросил меня создать первые обложки, я подсмотрел открытие. Я чувствовал, что для фэшн-фотографии важно изменить свой стиль. Пришло время подвергнуть сомнению этот стереотип и перейти к красоте, более связанной с личностью женщины, а не с символом статуса.
Итак, я создал запоминающийся стиль обложки, который стал одним из знаковых образов 1990-х: молодые модели без макияжа, в простой одежде — белых рубашках. Модели, которых я фотографировал, — Наоми, Линда, Синди, Кристи и Татьяна — открыли новую эру. Это чрезвычайно умные женщины с сильным характером, которые точно знали, чего хотят.
MVB: Как вы стали фотографом?
PL: Я родом из Дуйсберга, небольшого промышленного городка в Германии, которому действительно нечего предложить мне с точки зрения будущего. Я вырос там с отцом и братом, потому что моя мать умерла, когда я был маленьким. Мы жили в маленьком домике с низкими потолками и особых ожиданий.
Мой отец был очень хорошим человеком, но не интересовался искусством. На самом деле у нас в гостиной была одна полка, на которой стояло всего пять книг — все это были тома с общей информацией, которые приходили по почте раз в год. Он говорил нам читать их, потому что в этих томах мы найдем все, что нам нужно знать.
В конце концов я уехал в Швейцарию и начал работать оформителем витрин. Но это продолжалось недолго. Я переехал в Берлин, не зная, что на самом деле означает жизнь в этом городе. Чтобы прокормить себя, я начал работать на заводе по ночам, а днем пытался понять, чем хочу заниматься в жизни. Я записался на курсы, потому что понял, что хочу быть художником, и больше всего меня поразило то, насколько устаревшими были все школьные программы. Все изобразительные и фотографические приемы преподавались стандартно, по старинке.
Тина Тернер, Париж, 1989. Стерн © Питер Линдберг (любезно предоставлено Питером Линдбергом, Париж / Галерея Гагосяна)Но, в конце концов, я хотел иметь свободу делать то, что я больше всего хотел. На мой взгляд, вы великий пианист, будь вы Рахманинов или Джон Кейдж.
MVB: Ваша ретроспектива называется «Другое видение фэшн-фотографии». Оглядываясь назад на свою карьеру, есть ли у вас ностальгическое видение прошлого?
PL: Абсолютно нет. Наоборот, я всегда люблю продвигать совершенно разные проекты. Эта выставка просто позволила мне собрать корпус работ, вращающихся вокруг одной темы: моды. Выставка включает в себя фотографии, а также другие материалы. Это помогло мне организовать и изучить «апостериори» эволюцию моего художественного творчества и существования. Среди прочего, я всегда считал моду «кусочком» своего производства, и когда мне показали каталог, изданный Taschen, я подумал: «Боже мой, я все это сделал!»
MVB: На этой выставке представлен широкий спектр модной фотографии, но, если позволите, кто такой Питер Линдберг?
PL: Я могу быть разными людьми, но не называйте меня модным фотографом! Мода — это небольшая часть огромной вселенной, которая охватывает всю область фотографии.
Жанна Моро, Париж, 2003. Ярмарка тщеславия © Peter Lindbergh (Courtesy of Peter Lindbergh, Paris / Gagosian Gallery) Обо мне: людям не нужно ничего обо мне знать. Они должны просто смотреть на мои фотографии, а не касаться моей личной жизни. Поэтому я никогда не публикую ничего личного в своих аккаунтах в социальных сетях.
MVB: Такое отношение связано с вашей застенчивостью?
PL: Я совсем не стесняюсь. Я достаточно взрослый, чтобы иметь возможность жить и видеть много разных вещей. Это означает, что я не наивен — я просто замечаю, что все делают все возможное, чтобы раскрутить и взорвать свою личность. И если есть одна вещь, которую я понимаю в 73 года, так это то, что лучшая позиция для человека — не поддаваться влиянию обстоятельств и не пытаться произвести впечатление на других.
Каждый должен делать то, что хочет, и так, как хочет, каждый со своей «изящностью».
Ума Турман, Лос-Анджелес, США, 2011. Vogue Italia © Peter Lindbergh (Courtesy of Peter Lindbergh, Paris / Gagosian Gallery) MVB: Возможно ли воплотить эту позицию в мире, где у клиента всегда есть свое мнение? о том, как должна выглядеть ваша работа?
PL: Ну, по правде говоря, это очень сложно. Как показывает история искусства, художники никогда не были полностью свободны, потому что они всегда были ограничены деньгами, вложенными в их работу. Даже если вы очень известный фотограф, кто-нибудь (режиссер, редактор) придет и скажет вам делать то, что он или она хочет. Когда-то у фотографа должна была быть идея, а не просто щелкнуть затвором.
Сегодня сила фотографа в сопротивлении. Фотографы должны удовлетворить клиента, но в то же время им нужно передать сообщение о том, что они профессионалы. Это означает, что режиссер или редактор должны доверять опыту фотографа.
Раньше, возможно, ни у кого не было идей, поэтому они шли к Гельмуту Ньютону, чтобы решить свои проблемы. Сегодня проблема в другом: идеи есть у всех. В результате самое экстраординарное, что сегодня может сделать фотограф/художник, — это продолжать работать, не теряя своего личного стиля. В конце концов, важно оставаться фотографами, а не наемными работниками.
Микаэла Берку, Линда Евангелиста и Кирстен Оуэн, Нэнси, 1988.![](/800/600/http/fototelegraf.ru/wp-content/uploads/2016/02/3-5.jpg)
MVB: В конце 90-х был большой переход от аналога к цифре. Каковы ваши отношения с этими двумя форматами?
PL: Предположим, что после потери стиля цифровая фотография еще больше скомпрометировала концепцию фотографии. Мы выглядим сумасшедшими: сидим перед экранами, лихорадочно гоняясь за идеальными моментами; мы щелкаем без оговорок. Мы нажимаем случайно, не понимая, что делаем. Это больше не фотография, которая приходит к нам, интимно задуманная.
С другой стороны, внедрение цифровых технологий очень помогло в организации рабочего процесса и в практичности некоторых операций. Если я делаю съемку в один прекрасный день и мне нужно изображение на следующее утро, цифровой файл, отправленный через Интернет, несомненно, проще, чем фотография, проявленная в темной комнате и отправленная в соответствующую редакцию. Я также не считаю, что цифровые фотографии холодны и подчеркивают все недостатки объекта. Они действительно могут быть очень красивыми, если за ними стоит отличное техническое мастерство.
МВБ: Значит, ты не скучаешь по темной комнате?
PL: Абсолютно нет. Помимо всего прочего [смеется], у меня всегда были большие проблемы с фотолабораториями. Мой принтер выкуривал по 60 сигарет в день; там был сущий ад!
Кейт Мосс, Париж, 2015. Vogue Italia © Peter Lindbergh (Courtesy of Peter Lindbergh, Paris / Gagosian Gallery)MVB: Ваши фотографии рассказывают настоящие истории. Это литература в образах. Кто вас вдохновил? Есть ли художники, поэты или фильмы, в которых вы узнаете себя и свое творчество?
PL: Есть много вещей, которые меня вдохновляют. В детстве, когда я открыл для себя Ван Гога, я был ошеломлен. Я люблю танцы, я люблю искусство. Но меня часто вдохновляет то, что мне не нравится в дополнение к тому, что я люблю. По правде говоря, я действительно не знаю, почему я делаю большую часть того, что делаю. Я чувствую необходимость создавать эти образы, но для этого нет реальной причины. Меня, конечно, вдохновляют не фэшн-фотографии, а все остальное.
На самом деле, поскольку в детстве я получил мало культуры, когда родились мои дети, я пообещал себе, что возьму их с собой по всему миру, в музеи и на выставки, чтобы они были вдохновлены. Но знаете, каков был результат? Это было совершенно бесполезно, потому что заставить признать наши интересы крайне сложно. В конце концов, мы сами впитываем то, что заставляет нас чувствовать себя хорошо и что нас дополняет.
— Питер Линдберг, интервью с Марией Витторией Баравелли.
Танцор балета Большого театра, Москва, 2012 © Питер Линдберг (любезно предоставлено Питером Линдбергом, Париж / Галерея Гагосяна) Если вам понравилось это интервью, вам также может быть интересна предыдущая статья о творчестве Линдберга с 1980-х годов до наших дней.